Человеческую обусловленность можно определить как нечто определяющее и задающее те или иные проявления в психике человека (а то и всю психику в целом), нечто, от чего зависит поведение и мышление человека.
Начнем разговор об обусловленности с отрывка "Что мешает познанию?" из неизданного на русском языке сборника "Вечера с Идрисом Шахом. Дискуссии о суфизме, собранные Р. Истерлингом и Камилем Ханафи".
Что мешает познанию?
Обычное, знакомое (и вторичное) «Я» легко поддается тренировке, подавлению и действует, опираясь на примитивную логику. Таким образом, люди делают выбор, ориентируясь на привычку, данную им команду или на нехватку информации. Они поступают таким образом, поскольку так приучены и поскольку зачастую им не хватает гибкости.
Подобные принципы работы человеческого разума (в трех режимах, описанных выше) можно изолировать и изучить, рассматривая по отдельности и поместив в индивидуальные человеческие условия. Это одно из назначений повествования-инструкции.
Предметы для такого изучения присутствуют практически повсюду, но в большинстве обществ им не хватает организации. Возьмем три истории и рассмотрим действие различных препятствий для познания.
Во-первых, можно сказать, что люди избегают делать то, что идет на пользу познанию, поскольку находятся под давлением верований или институтов, которые насаждают практику мышления только в одном направлении. Первая история касается человека, живущего в тоталитарном государстве. Он сидит в кресле стоматолога. Врач говорит ему: «Откройте рот». На что пациент отвечает: «Что? Чтобы меня расстреляли?»
Подобная карикатура показывает, насколько буквально воздействует на людей доминирующие идеи или институты. К примеру, в обществах, где традиция гласит, что людям нельзя знать многое о себе (поскольку это прерогатива, скажем, жрецов или пророков), подсознательная вера утверждает, что человеку нельзя пытаться двигаться дальше по пути познания.
Иногда подобное поведение выдается за обязанность человека или «должное поведение». Оно достаточно полезно в некоторых ситуациях, но значительно ограничивает возможности в условиях, когда требуется гибкость.
Официальными барьерами могут быть институты, традиции или общественные нормы, создающие то, что современные психологи называют «подавлением».
Второй особенностью разума, которую можно описать в виде истории, является примитивная логика, когда человек пытается сделать что-то, не зная, как этого добиться, – он может предположить, что имеющиеся в его распоряжении инструменты и методы – единственный способ.
Мулла Насреддин утонул, и к нему прилетел ангел, чтобы задать ему несколько вопросов.
- Как это случилось? - спросил ангел.
- Я был на пути из Франции в Англию, - ответил мулла.
- И лодка пошла ко дну? - предположил ангел.
- Ты хочешь сказать, что тут была лодка? - ошарашено переспросил мулла.
Это примитивное чувство, когда человек чего-то хочет и как следствие обязан быть способен получить или сделать это, знакомо каждому и является неотъемлемой частью вторичного «Я».
Опять-таки, в нужном месте это чувство полезно, поскольку позволяет человеку предпринимать попытку что-то сделать; но если оно возникает случайно, последствия могут быть разрушительными, как понял на своем примере мулла.
Третья характеристика – привычка; превосходная вещь, если находится на своем месте, но крайне стесняющая там, где она не работает.
История об этом аспекте интересна еще и тем, что является современным гибридом. Она повествует о преданном своему делу организаторе забастовок, которого представили духовному учителю. Посетитель закрыл уши руками. Когда он уже уходил, учитель сказал ему: «Таким способом вы многого не добьетесь». На что получил ответ «Меня это не волнует – у меня забастовка».
Выработка реакции, привычки – контрпродуктивна, когда используется автоматически и, опять же, не обладает гибкостью.
Итак, мы можем наблюдать сложное влияние, которое, по сути, отсекает людей от познания; «Я», которое можно использовать для определенных целей с прекрасным результатом, но которое также может быть бесполезным, а то и вредным, если его использовать там, где оно не нужно.
Эти три элемента – долг, невежество и привычка – в отсутствие «выключателя» превращают человека в узника. Поэтому неудивительно, что он постоянно ищет способы сбежать. Чуть менее очевидно, что в своих попытках сбежать он обращается к таким методам, которые в свою очередь пленяют его.
