Тайны и суфии
Вопрос: Когда суфии намекают на тайны и говорят об удивительных местах, странных книгах и тому подобном, какую цель они могут преследовать, кроме как поиграть на чувствах публики?
Культурные добровольцы
Ответ: Если они так поступают, то, возможно, лишь для того, чтобы распознать поверхностных людей, которые цепляются за подобные вещи. Это напоминает старый армейский прием, когда сержант говорит новобранцам: «Поднимите руки те, кто слишком культурен для физической работы», а затем, когда несколько рук поднимается, объявляет: «Вот кто нуждается в усиленной физической подготовке!» — и посылает их на самую грубую работу. Возможно и иное объяснение: то, что для вас — игра на чувствах, для меня — повседневная жизнь. Такие слова, как «удивительный», «странный» и тому подобные не имеют абсолютного значения и в высшей степени субъективны. Какое значение вы вкладываете в понятия «тайна», «странный», «удивительный»?
Для суфиев не новость заниматься тем, что заставляет людей реагировать подобным образом, чтобы аудитория могла пережить и пронаблюдать изменчивость своих настроений и чувств, чтобы осознать, сколь много людей имеют слишком много, так сказать, рычагов для манипулирования ими.
Словом, нет однозначного ответа на ваш вопрос. До сих пор это одно из самых распространенных заблуждений: потому что невнимательные ученики предположили, будто суфийские учения, нацеленные на отдельных людей или группы или предназначенные для кратковременного использования, — суть вечные предписания, применимые во всех обстоятельствах. Многое из суфийской литературы больше не применимо, поскольку за годы склад ума аудитории изменился.
Касаясь вопроса этих так называемых тайн Руми говорит:
«Если вы не видите тайн истины, то посмейтесь над нами...»
Хлеб для голодного
Тайны, странные места, а также удивительные книги — часто расхожие выражения того языка, на котором несведущие люди думают об определенных предметах. Для того чтобы установить связь с этими людьми, вам, возможно, для начала придется использовать их язык. Это не делает его вашим языком. Помните высказывание: «Для голодного человека “дважды два” означает “четыре буханки хлеба”». Если вы обращаетесь к голодному, ваши первые слова вполне могут быть о хлебе.
Чтобы дать вам более краткий ответ на ваше умозаключение о том, что суфии просто хотят поиграть на чувствах публики, приведу старинное изречение:
«Если вы верите чему-то и думаете, что убеждены в этом, знайте, что вы в действительности нуждаетесь в исправлении. Быть убежденным и верующим — стадии, которые должны быть преодолены на Пути к Уверенности».
К тому же такие слова, как «тайна», — технические термины. Слово «тайна» часто можно точнее передать словами: «глубочайшее сознание».
Когда встречаться
Вопрос: Вы отмечали, что люди, услышав о чем-то, тут же начинают страстно желать этого! Почему сама по себе встреча с учителем или источником знания может не принести ученику пользы?
Источник сладкой воды
Ответ: Существует персидская поговорка, вернее, цитата из «Гулистана» — классического произведения Саади. Она гласит:
Где бы ни был источник сладкой воды
Его окружают люди, птицы и муравьи.
Как только где-нибудь появляется что-то привлекательное, люди, следуя своей природе, начинают толпиться возле. Я говорю «следуя природе», потому что человеческих существ, подобно животным, непреодолимо влечет к себе та сторона вещей, которая непосредственно прельщает их чувства. При этом притягательное как для животных, так и для человека может быть либо полезным, либо нет.
Позвольте мне уточнить мою мысль. Например, вы услышали об учении, и то, что вы услышали, притягивает вас или, возможно, вы хотите узнать о нем больше. Это означает для вас, что вам следует немедленно войти в контакт с учением. Вы руководствуетесь предположением, что можете извлечь пользу из контакта, установив его в удобное для вас время и в обстоятельствах, которые вы сами считаете подходящими. Подобная позиция бесперспективна, потому что не соответствует тому, что может случиться в данной ситуации.
Польза учения для вас, и для самого учения будет только в том случае, если вы настроитесь на него таким образом, в такое время и при таких обстоятельствах, которые более всего благоприятствуют плодотворному с ним взаимодействию. «Даже рыба не в силах выпить в море больше воды, чем может».
В этом смысле данное учение — куда более тонкая вещь, чем, скажем, изучение иностранного языка, когда просто достаточно приобрести книгу, кассеты, нанять учителя и приступить к изучению в любом удобном месте и в любое удобное для вас время. Но даже при изучении языка необходимы правильные условия. Вы должны пребывать в определенном умственном и физическом состоянии: например, вы не слишком устали, не очень голодны. Вы должны находиться в сравнительно удобном месте, не под проливным дождем, к примеру. Вам необходимо обладать теми или иными приспособлениями или ресурсами: магнитофоном, электричеством; кроме того, вы должны уметь читать, предпочтительно — не быть глухим и т. д. Обычный человек может сознавать необходимость всех этих условий в организованной им учебной ситуации. Но почему-то он не думает о них, изучая высшее знание. А почему?
Учиться тому, как учиться, значит, исследовать собственные предположения, и анекдоты о Мулле Насреддине очень часто помогают в подобном изыскании.
Шабистари о настрое
В своем произведении «Сад тайны» Шабистари намекает на необходимость сонастроенности ученика и учителя и людей со своими переживаниями, подчеркивая при этом, что гармония должна быть правильной:
«Просветление иногда — от величия, иногда — от красоты; его совершенство — между ними».
Люди страстно желают того или иного, говорите вы, и это правда. Но если то, что они жаждут, в данном случае суфийское знание, относится к категории качества, а не количества, то прежде чем обучение может осуществиться, должна произойти настройка на качество.
Примите к сведению: суфийские учителя предлагают своим ученикам изучать те или иные темы или материалы для того, чтобы результат можно было увидеть тогда, когда он способен реализоваться, а не произвольно, скажем, на следующий день, в два тридцать. Люди, находящиеся в плену убеждения, что учиться можно чисто механически или посредством мгновенного просветления, не в состоянии извлечь пользу из обучения, так как лишают себя целого диапазона взаимодействий между собой и учителем.
Любая встреча с учителем может принести плоды, но именно ученик из-за своих поверхностных ожиданий способен помешать появлению соответствующих результатов. Мы опубликовали немало историй, иллюстрирующих данный аспект обучения тому как учиться.
Вопрос: Не поэтому ли вы, как кажется, отбиваете охоту у тех, кто хотел бы посетить вас и готов приехать издалека; и многие в самом деле прибывают к вам со всех концов земли: из Японии, Аргентины, Индии, Канады, Самоа.
Ответ: Я отбиваю охоту не у всех, кто хочет со мной встретиться. Но существует некая модель, и я рад буду поделиться ею с вами, поскольку это касается самой основы наших изучений.
В молодости, когда я был учеником, меня волновал тот же вопрос, и тогда я занимал такую же позицию, что и вы. Со всех концов света люди писали письма моему учителю и посещали его. Однажды я спросил у него, почему он разочаровывает тех, кто совершил или собирается совершить длинные и иногда трудные путешествия, чтобы встретиться с ним. Он ответил мне, и я убедился, что он сказал правду и даже, если это возможно, больше, чем правду. Вот что он мне рассказал.
Позиции учеников
Людям свойственно думать прежде всего и больше всего о себе. Это означает, что, когда они узнают о нашей работе, их охватывает страстное желание принять в ней участие, узнать больше, извлечь из нее личную выгоду. Удовлетворение этого желания питает их эгоизм и разжигает жажду выгоды.
С другой стороны, когда люди соприкасаются с нашими идеями и правильным образом распространяют их среди других (не создавая культа и не строя из себя учителей), то в этом случае они не только получают, но и отдают.
Такие люди никогда не требуют, чтобы их немедленно приняли, выслушали, учили и т. д. Они подготавливают группу людей, распространяют знание наилучшим, доступным для них способом и затем спрашивают, следует ли им приехать или, может, кто-то посетит их.
Они в самом деле в состоянии учиться и служить, так же как и принимать служение других. Так складывается непрерывная среда служения людям и принятия служения от других.
Но есть и другие люди; они тратят большие деньги на путешествия, иногда собирая средства с других, и, сами того не сознавая, думают только о себе. Если они не замечают этого за собой, то наш долг указать им на их поведение и дать возможность извлечь пользу из своих поступков и научиться уравновешивать собственную жадность, установив континуум служения и принятия служения. Вот чему научил меня мой учитель. Он часто говорил мне: «Многие люди думают, что я просто их испытываю, когда довожу этот момент до их сведения, или не отвечаю на их письма, чтобы помочь им изменить собственную позицию с: “Дай мне” на “Что мне сделать?” Но здесь ты убедишься, что люди, прибывающие сюда в таком состоянии, оказываются необучаемыми, то есть они просто метафизические туристы».
Он был абсолютно прав. Отказываясь учить людей, он давал им возможность изучить свое поведение путем самонаблюдения. Некоторые из них, и их было меньшинство, изучили это. Конечно, мы сумели во многом облегчить решение упомянутой проблемы, опубликовав истории, в которых классические учителя и другие обучающие персонажи демонстрируют, что жажда учиться иногда — не более чем маска, скрывающая корысть. Это помогло многим людям усвоить правильное отношение к Учению.
Учиться тому, как учиться хорошо иллюстрируется подходом, который применил мой учитель. Благодаря этому подходу можно увидеть, как один и тот же человек оказывается не в состоянии воспользоваться Учением, когда он или она распространяют на него алчную часть своей личности, и как тот же индивид становится восприимчивым к учению, поворачиваясь к нему своей лучшей и более позитивной стороной.
Но не забывайте, что незнающих, как учить, не меньше, чем тех, кто в своем нынешнем состоянии не способен учиться. А в некоторых обстоятельствах люди, полагающие, что могут учить других, нередко равнодушны к тем, кто учится.
Обучение языку
Совсем недавно мне представился восхитительный случай наблюдать подобную ментальность в действии. Я разговаривал с преподавателем иностранного языка. Этот человек сказал мне:
— Я разработал собственную, совершенно уникальную методику преподавания языка. Я уже применил ее на одном ученике, которому я даю частные уроки. Это изумительная методика!
— И что же, он теперь владеет языком в совершенстве? — задал я вполне обычный для светской беседы риторический вопрос.
— Ни в зуб ногой, — ответил преподаватель. — Учил-то я великолепно, но он просто не научился.
Потолок
Вопрос: Не могли бы вы, пользуясь параллелями или иносказаниями, дать нам представление об особой области, в которой действует суфийское учение, и показать, как оно действует?
Ответ: Наше учение частично существует в «другом мире», «высшем царстве», «ином измерении» и описывает «иное». Вот параллель того, что это означает в одном важном отношении и что является объектом Учения.
Неизвестный потолок
Предположим, у нас есть дом со стенами, потолками, полами, и мы находимся внутри этого дома. Допустим, что по давно укоренившемуся обычаю жильцам можно касаться и иметь дело только с полом и стенами. Если бы кто-нибудь зашел внутрь и сказал: «Посмотрите на потолок», — обитатели дома оказались бы не в состоянии сделать это, — словно дети, которые часто не могут увидеть чего-то и не способны наблюдать какую-то вещь, пока им ее не покажут.
Предположим далее, что на протяжении поколений было принято вешать те или иные вещи на стены и ничего не иметь на потолках. Для большинства людей предметы на потолках будут в таком случае оставаться «невидимыми».
Так и с нашим учением. Мы часто и настойчиво утверждаем, что люди не продумывают вещи до конца, что они делают разные предположения (такие как «не существует потолка») и им в голову не приходит проверить соответствуют ли их предположения действительности. Но, подобно разумному человеку, который в данном случае попытается указать на существование потолков, мы не только привлекаем внимание к этому теоретическому постулату («возможно, потолки существуют»), но делаем нечто большее.
В учебных курсах, на встречах, в контактах с учителями, в материалах для наблюдений, упражнениях, называйте их как хотите, мы обеспечиваем общину, к которой обращено наше послание, практическими средствами, необходимыми для того, чтобы усвоить и сохранить опыт восприятия реального существования потолков.
Где найти истину
Необходима тщательная подготовка, прежде чем люди смогут воспринять то, что все время находится здесь. Именно об этом говорил в поэтической форме Саади из Шираза:
В верблюде Адепт видит то же
Что и в красавицах Китая или Чагила.
Кроме того, применяя определенную способность к концентрации, некоторые люди в качестве метода обучения заставляют других облекать в конкретную внешнюю форму свои тайные мысли. Эти мысли выдают характер и действие вторичного «я», ложной личности, которая, хотя и позволяет людям справляться со многими ситуациями в жизни, ее единственная цель — поддержание себя, а не развитие индивидуальности, разве что в очень узких пределах поверхностного.
Работа над «Командующим Я»
Это «Командующее Я» (в суфийской классической литературе называемое Nafs-i-Ammara) проявляется через реакции, надежды и страхи, различные мнения и озабоченности.
Когда его образ действий оказывается в поле зрения, и сами индивиды, и сторонние наблюдатели могут заметить присущие ему ограничения, искажения и особенности. Фактически, это «я» и есть в значительной степени то, что большинство людей считает своей личностью, своим собственным и единственным «я»; и оно стоит между объективной реальностью и истинным «я», сущностью, чья реализация — есть цель суфийских занятий.
Иногда это «я» характерным образом дает о себе знать через идеи или поведение, которые индивид часто приписывает другим людям, как бывает и во сне. Один современный специалист в компьютерной технике отметил: «Это как если бы какая-то часть программы ментального компьютера зациклилась и стала самовоспроизводиться…»
Также возможно и обратное: учитель (муршид) сообщает уму ученика (мюрида) понятия способные непосредственно достичь его сущности; обычными методами общения с обусловленным «я» передать их невозможно.
Драгоценный жемчуг
Люди пытались развивать данную способность для удовлетворения личных амбиций, и, поскольку это действительно отчасти возможно, соответствующие методы тщательно охраняются.
В таких произведениях, как «Драгоценный жемчуг» («Durrat al-Fakhira») Ибн ал-Араби, множеством примеров проиллюстрирован и этот механизм и то, насколько он стремится быть изолированным от всего, что принято считать систематической деятельностью. Например, данная способность может начать действовать непроизвольно. Она действует в людях, в которых ее не сразу можно и заподозрить из-за наших привычных предположений о такой способности. Но бывает и так, что она может не действовать вовсе. Иногда она приводится в действие волей оператора, иногда нет. Бывает, что она включается независимо от того, как ее собираются использовать, — для «хороших» (социально приемлемых) целей или нет. Традиционно, она может работать для достижения довольно тривиальных целей, как было отмечено современной западной наукой при изучении схожей экстрасенсорной деятельности. Описанные здесь факты делают данное явление еще более интересным, поскольку его особенности противоречат обычным фольклорным представлениям о таких вещах, в результате чего данный феномен теряет связь с традиционной сферой оккультизма, попадая в категорию современных явлений коммуникации, хотя и чрезвычайно утонченного характера.
Понимание сердцем
«Суфии, — гласит пословица, — понимают сердцем то, что ученейшие мужи не в состоянии охватить умом».
Встреча с суфием либо приносит, либо не приносит результаты в то время и в том месте, где их желает увидеть учащийся. Иногда они проявляются немедленно, иногда заставляют себя ждать. Порой что-то ещё должно произойти, прежде чем пользу от этой встречи можно будет воспринять.
Один из наиболее явных факторов, действующих в отношениях такого рода, указан в истории под названием «Гранаты» в моей книге «The Dermis Probe» («Наблюдения за покровом»).
Работа и Работа
Вопрос: Почему суфии побуждают людей выполнять физическую и умственную работу; почему столь часто их учреждения необходимо поддерживать трудом?
Ответ: Впервые я сам столкнулся с этим вопросом, когда жил в суфийском поселении, где каждому приходилось работать. Так много важных, влиятельных и обеспеченных посетителей приходило в это место, что я обычно недоумевал, почему бы нашему Учителю не внедрить «профессиональный подход» и не нанять садовников и так далее, чтобы освободить многих людей, вынужденных заниматься тем, что некоторые из них были явно не приучены делать.
Однажды вечером, когда он спросил, не желает ли кто-нибудь задать ему вопрос, я сказал: «Нам постоянно предлагают огромные суммы денег. Разве не представилось бы больше возможностей для учебы, если бы мы использовали эти деньги для ведения хозяйства?»
Развивая свое собственное понимание
Как принято у суфиев, он велел мне уйти и самому поискать возможные ответы, а затем, когда я их найду, вернуться и таким образом выяснить, не задаю ли я пустые вопросы. Три или четыре недели ушло у меня на то, чтобы выполнить его задание.
Сначала я записал все возможные соображения, которые мне пришли в голову, затем стал бродить вокруг и присматриваться, как делаются дела, изучая жизнь через жизнь, пока не пришел к ответам. Предлагая вам эти ответы, я не делаю для вас никакого одолжения, поскольку если бы вы нашли их сами, то приобрели бы больше. А так мне придется дать вам возможность изучить нечто равноценное, но иным способом.
Некоторые люди предлагают деньги взамен действия, и им нужно усвоить, что их служение нуждается в большем смирении. Поэтому ради их собственного блага деньги у них не берут. Другие дают или предлагают деньги, и их подношения принимаются, но как они будут использованы, решает только учитель; ученики же, поскольку они пришли учиться, просто не способны предлагать программу занятий или организационную структуру.
К тому же иметь рабочую структуру в нашей деятельности означает, что люди могут научиться вещам, которые нельзя освоить в обычном мире и которые жизненно важны для развития способности постигать понятия и переживания из области высших измерений. Например, если вы хотите добиться чегото обычным земным образом, вам, вероятно, потребуется иерархическая система. Это, в свою очередь, позволит некоторым индивидам проявить присущее им властолюбие, иногда глубоко в них спрятанное. Как вам удастся улучшить таких людей, если вы фактически поддерживаете эту тенденцию? Вам приходится работать с теми, кто есть, и потому определенного рода организация должна предоставлять возможности для развития положительных качеств и отмирания отрицательных.
Этого нельзя сделать в атмосфере, где все работает на топливе (алчность, надежда, страх), годном лишь для того, чтобы принудить людей к действию и поддерживать их деятельность во внешнем мире. Опять же стоит вам взять деньги у некоторых людей, как тут же они (не вы) в глубине души вообразят, будто что-то «купили». Это лишь усилит их желание добиться некоего повышения в статусе. Или, напротив, человек начнет чувствовать, что не тащит свою ношу, а просто купил себе проезд, что также никому не принесет пользы.
Далее, всегда есть люди, предлагающие деньги, и, когда вы их берете, они полагают, что вы собираетесь использовать их для себя. Людей не следует ставить в положение, способствующее развитию их худших качеств, в данном случае — подозрительности. Одно дело — создать ситуацию, в которой человек может наблюдать свои нежелательные качества, и совсем другое — произвести такую, в которой он, имея эту подсознательную червоточину, возможно, никогда не выявит ее.
В результате человек становится не лучше, а хуже. Искушать человека таким образом, подобно скрытому моральному шантажу, как, например, когда вы принимаете обличие святого, чтобы заставить людей чувствовать к вам уважение или их собственную неполноценность. Между прочим, именно по вышеупомянутой причине суфии отказываются использовать нравственные увещевания как способ давления на людей. Данный принцип согласуется с современными открытиями в психологии, хотя на протяжении всей истории он был очень мало понят в большинстве культур, и это основной источник лицемерия.
